Любовная зависимость – это наркотик

Любовная зависимость - это наркотик
Если вам понравилось, поделитесь :)

Начинается все банально. Живет себе человек – женщина или мужчина – вполне себе обычной жизнью. Ну, там, учеба/работа/дети или еще что-нибудь такое, земное, бытовое. И в целом все вроде ничего, но только вот сил нет.

То ли от того, что слишком много “надо” в жизни, то ли истощенность возникает на фоне “подбитости” каким-либо событием, которое выбило почву из-под ног: измена партнера, переезд в другую страну, смена работы или еще какие сильные жизненные перемены.

И вот, значит, живет себе человек, как-то пытается справиться с тем, что есть, и тут вжух! – появляется Он. Или Она. Пол не имеет значения. Имеет значение то, что этот человек умеет вызывать сильные амбивалентные эмоции.

Мне нравится метафора наркодиллера. Наркодиллеры – они обычно мало кому приятны. Обычно сначала они находят тебя, а не ты их. И обычно первой реакцией на них является желание отмахнуться, внутри звучит “нет, ну я что, совсем уже берега потерял(а)? Нет, не надо мне это”. И, одновременно с этим, всегда есть любопытство: а что продает? А почем? А какого качества? А может попробовать? Да ладно, че уж, попробую разочек, мне сейчас как раз надо расслабиться.

Человек, у которого много жизненной энергии в силу того, что с собственной агрессией дела налажены отлично, к нему обычно и наркодиллеры не подкатывают. А если и подкатывают, то встречи такие мимолетные, мгновенно забываются, разговор не завязывается.

Размышления “а может попробовать?” возникают всегда там, где есть истощенность, дефицит чего-то – сил, радости, уважения, тепла в отношениях и пр.

И как выглядит классическая схема подсаживания на иглу зависимых отношений?

Чем-то ослабленный человек вдруг становится атакуемым чужим вниманием. Это может быть лобовая атака, когда человек звонит, приглашает туда, сюда, и всячески дает послание “ты мне нравишься, я хочу к тебе приблизиться, ты классный(ая)”, при этом становится таким назойливым, что жертва не испытывает никакого другого желания, кроме как отвергнуть того, кто назойлив и несимпатичен, но сам факт такого внимания и настойчивости обычно приятен. Обычно возникает мысль: это совсем не тот человек, который мне нужен, но он зато знает мне цену. Наконец-то я имею право выбирать и отказывать, что приятно.

Рекомендую к просмотру фильм “Марта” (1974, Германия). Этот фильм – учебник по зависимости и предостережение тем, кто ради мнимого благополучия в семье теряет свое собственное лицо.

Второй сценарий этой игры может заключаться в совершенно обратном. Зацепить чем-либо жертву и оставить ее долго думать – что это было. По сути, тот же первый вариант, только в максимально ускоренном виде: сначала вторгнуться в границы, а потом отойти, исчезнуть внезапно, отпустить, что бы жертва стала думать “а что это вообще было-то?”.

Выглядеть это может, например, как постоянные намеки на симпатию, или на желание пригласить на свидание, и все это на словах, или очень многосмысленно. А на действиях, если посмотреть по факту, человек выбирает не предпринимать никаких прямых поступков.

Это может быть намек или даже озвученное приглашение на свидание, но без ясных договоренностей. Например, человек говорит: я приглашаю тебя в ресторан, но не говорит когда, в какой, заедет ли, позвонит ли.

Как бы то ни было, каким бы способом наркодиллер не заманивал жертву, он всегда вначале нарушает границы, оказывается ближе, чем изначально была готовность его впустить. Ближе, потому что начинает заставлять много думать о себе.

В первом сценарии игры, когда идет активное завоевывание, человек обычно внезапно, в самый неподходящий для этого момент исчезает. И жертва начинает думать: а что это было? А почему пропал? Это я палку перегнул(а) с отвержением или, может, он(а) уже погиб(ла), поэтому исчез(ла)?

Во втором сценарии жертва начинает занимать свое внутреннее пространство пережевываниями размышлений: “а зачем было приглашать на свидание, а потом пропадать?”, “А зачем нужно было смотреть таким преданным зачарованным взглядом – я же точно знаю, что в этом взгляде было много симпатии и тепла – а потом вести себя так, будто я последний мудак и сделал что-то плохое?”.

Любовная зависимость - это наркотик

Человек с устойчивыми границами, наполненный удовлетворенностью жизнью, скорее всего, на такие вбросы отреагирует чем-то типа “пффф, это че хоть такое-то? Фигня какая-то. Ну да ладно, это не моя война, нет желания разбираться в этом, лучше я займусь своим любимым (чем-то/кем-то там)”.

Человек же с дефицитом ласки, внимания, отношений, поддержки, уважения к себе, начнет пытаться разгадывать эту загадку. Не сразу, но примется гадать что это было.

И во второе пришествие наркодиллера его встречают с распростертыми объятиями, практически как родного, ибо внезапное его исчезновение вырастило его ценность. И это очень напоминает историю с ребенком трех лет, который на все говорил “я сям!” и закатывал истерики, а когда родитель сказал “сам? ну и оставайся здесь, я пошла”. И тогда вдруг праведный гнев и отстаивание себя превращаются в ужас: как? Меня бросили? Нет, мамочка, мамочка, пожалуйста, не уходи!

Ну и все. Дальше начинается мучение. Сначала жертва получает невероятный кайф, ощущение, что вот оно – настоящее счастье, воплощение заветной мечты в реальность сбылось, наконец-то сбылось!

А потом бах – и вдруг начинаются какие-то страшные вещи – вдруг вот этот вот теплый, любящий человек начинает пренебрегать, использовать, унижать, хамить. И в такую резкую смену настроений так сложно поверить, что в голове начинает все разъезжаться: нет-нет-нет, это не он(а) такой жестокий/ая, это его на работе/жена/трудная ситуация/я достали. На самом деле это человек – золото. Просто надо сейчас его/ее успокоить, ублажить, пожалеть, понять, принять и простить.

Человек, находящийся в эмоциональной зависимости мало чем отличается от человека, находящегося в химической зависимости. И те, и те зависимы от того короткого, но ни с чем не сравнимого кайфа, когда наступает внутри глубокая удовлетворенность, ощущение, что теперь-то внутри все на своем месте. Такая наполненность внутренняя и блаженство. И те, и те постепенно истощаются, постепенно позволяя в отношении себя все больше и больше. Ведь наркотический кайф такой острый, что обычная жизнь/обычные здоровые отношения кажутся такими пресными, неинтересными, скучными, что совершенно не возбуждают.

Частое высказывание людей, которые находятся в зависимых отношениях, в которых часто много насилия, унижения, страданий: я встречаюсь с другими мужчинами/женщинами. Они хорошие, но мне совершенно с ними совершенно не интересно. Все скучно, предсказуемо, мертво. Так происходит по той причине, что для того, что бы получить дофамин (гормон удовольствия) естественным путем, нужно сначала проявить агрессию, попотеть: проявить активность, пойти на риск и нести ответственность за его последствия. Серотонин и эндорфины так же требуют агрессии – занятий спортом, активности в поиске любимых дел и отношений, в которых через какое-то время после создания появляется радость.

Наркотик же агрессивен сам по себе. Не надо ничего делать. Все последствия просчитаны, человек знает что будет после употребления. Например, героин сам проникает сквозь стенки сосудов, воздействуя на нервную систему.

А есть ли выход? Есть. Но он требует терпения и большой нудной работы над собой.

Есть разные мнения про то, как выходить из эмоциональной зависимости. Я поделюсь лишь своим, основанным на собственном опыте и опыте работы с такими состояниями (с некоторых пор это один из самых частых запросов в моей практике).

Я не сторонник резкого выхода из таких отношений с использованием “силы воли”. Это, как правило, не приносит ничего, кроме кратковременного результата, за которым следует такое чувство вины от того, что не справился, что ситуация только усугубляется и зависимость крепнет.

Чтобы отпала потребность в какой-либо зависимости, нужно сформировать поддержку, которую сейчас оказывает вещество. Или человек, в зависимости от которого я нахожусь. Пока не будет сформирован другой источник поддержки, костыль под названием “зависимость” убирать небезопасно.

Центральный ресурс – это постепенное развитие чувствительности к себе. Если вспомнить метафору, когда ребенок капризничает, а родитель угрожает ему уйти и все волевые свои проявления ребенок вынужден забить страхом и бежать за мамой, то здесь история очень понятна: ребенок действительно зависим от взрослого, ребенок действительно не выживет без родителя.

Когда мы становимся взрослыми и возникают ровно такие же ощущения от угрозы разрыва, то ситуация имеет другой контекст: вы точно сможете выжить без этих отношений.

Любовная зависимость - это наркотик

Таким образом, самый первый шаг, по выходу из зависимости – это формирования навыка ясно распознавать свои чувства и формирование навыка относиться к себе. Звучит просто, да?

А вторая история – это формирование навыка регулировать фокус внимания с отношения к другим на отношение к себе.

Многие люди вообще теряются: как это относиться к себе? Я и так к себе отношусь! Здесь часто путаются интеллектуальные концепции о себе со способностью испытывать чувства к себе же. Ну, то есть можно говорить про себя “здесь я молодец, здесь я дурак, а здесь просто нормальный”, и это совсем другое дело, чем, погружаясь в чувства, отвечать себе на вопрос “и как мне то, что со мной так поступили?”.

И фишка в том, что как только начинает появляться такой навык и становится устойчивым, тогда на смену тому, реальному родителю, который грозился уйти, приходит свой внутренний родитель и говорит: что бы ни было, я тебя никогда не брошу. Я буду бороться за тебя, в какой ситуации ты бы не оказался, я верю в тебя и ты для меня достаточно ценный, что бы я защищал тебя и делал все, для того, чтобы ты был счастливым.

Вот как только такая часть, способная замечать, относиться, заботиться, любить, в общем, давать все то, что не довелось получить от реальных родителей формируется, вот тогда никакие наркодиллеры – эмоциональные или героиновые уже не цепляют. Такие дела.

Источник

Семейный психолог Екатерина Васильченко

P.S. В продолжении темы – Любовь или любовная зависимость?

Е. Васильченко